• yabloko_altay@mail.ru
  • +7 (3852) 62-95-96

Как террор стал «большим»: к годовщине массовых операций 1937-1938

Как террор стал «большим»: к годовщине массовых операций 1937-1938

81 год назад, 30 июля 1937 года, был подписан оперативный приказ под номером 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». Следующие 14 месяцев с 5 августа позже получат название Большой террор. За это время было арестовано более 1,5 миллиона человек, из них 681 тысяча расстреляна. После смерти Сталина значительная часть осужденных была реабилитирована «за отсутствием состава преступления», но долгие годы от людей скрывалась правда о том, что на самом деле случилось с их близкими. Родственники осужденных на «10 лет без права переписки» получали справки с липовыми датами и причинами смерти близких и не знали, где находятся их могилы. И до сих пор мы не знаем всех мест, где производились расстрелы и кто именно похоронен в этих братских могилах.  
Террор становился «большим» постепенно. Еще в сентябре 1936 года Генрих Ягода был снят с поста наркома внутренних дел, а его пост занял Николай Ежов. На февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года в докладе Сталина «О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников» беспощадная борьба с врагами называлась главной задачей партийной работы в то время. Тогда были намечены основные линии для будущего террора, а «враги» получили ярлыки: троцкисты, вредители, диверсанты, шпионы. На пленуме выступили 73 человека. В последующие три года 56 из них были расстреляны, двое покончили жизнь самоубийством.

Последовавшие за пленумом события готовили почву для массовых операций. Еще 27 февраля Ежов представил на утверждение Политбюро первый «список лиц, подлежащих суду Военной коллегии Верховного суда» на 479 человек. Их мерой наказания был определен расстрел. За годы Большого террора этот орган осудит более 30 тысяч человек, большую часть — к расстрелу. «Расстрельные списки» подавались на утверждение лично Сталину и его ближайшим сподвижникам и только с их визой отправлялись на рассмотрение Военной коллегии. Перед обвиняемыми создавалась видимость судебного заседания, которое занимало 20 минут. Отказываться от данных на следствии показаний было бесполезно: приговор был известен задолго до начала суда.

«Шпионы» обнаруживались буквально везде. 11 марта НКВД выпустил директиву о «вскрытии японо-троцкистских диверсионных групп в нефтяной промышленности». 2 апреля издано директивное письмо ГУГБ НКВД о возрастающей активности германских разведорганов и организации ими в СССР террора и диверсий. С 14 мая начинаются аресты военачальников — участников «военно-фашистского заговора в РККА». 8 июня в очередной директиве ГУГБ НКВД отмечается активизация «националистических элементов» в Азербайджане, Крыму, Татарии, Узбекистане и Таджикистане. Однако «шпионы» были не единственными «врагами»: больше из ссылок не освобождали бывших оппозиционеров, вышли циркуляры о «вскрытии» антисоветских организаций троцкистов и правых, 29 апреля директивой было приказано «немедленно приступить к быстрому и полному разгрому меньшевистского подполья». Постановлениями Политбюро от 23 мая и 15 июня регламентировалось выселение из центральных городов СССР всех оппозиционеров, исключенных из ВКП(б) и членов их семей. Законом СССР 17 марта крестьянам запрещалось покидать колхозы без согласия администрации. Циркуляр НКВД 27 марта обязал усилить надзор за «церковниками и сектантами». Наконец, на пленуме ВКП(б) 23-29 июня Ежов сделал доклад о заговоре, существующем во всех звеньях партии и государства.

28 июня 1937 года произошел перелом в существовавшей практике осуждений. Политбюро, ознакомившись с запиской секретаря Западно-Сибирского крайкома партии Роберта Эйхе о вскрытии «контрреволюционной повстанческой организации среди кулаков», принимает постановление о создании «тройки» для ускоренного порядка рассмотрения дел. «Тройка» в составе начальника краевого управления НКВД, секретаря крайкома партии и краевого прокурора была первым внесудебным органом, имеющим право приговаривать к расстрелу. После утверждения приказа 00447 «тройки» будут созданы во всех республиках, краях и областях СССР и станут основным органом осуждения во время Большого террора. Дела рассматривались в «упрощенном» порядке — «судьи» не видели обвиняемых, а одна «тройка» могла осудить в день более 500 человек. Только в ходе «кулацкой» операции — по приказу 00447 — к окончанию Большого террора они осудили более 767 тысяч человек.

До начала массового террора оставался один месяц. 2 июля Политбюро приняло постановление «Об антисоветских элементах». Представители НКВД в регионах должны были взять на учет всех «кулаков и уголовников», наиболее враждебных следовало немедленно арестовать, провести дело через «тройку» и расстрелять. Так началась активная подготовка «кулацкой» операции. По постановлению Политбюро от 5 июля «члены семей изменников родины» также подвергались репрессиям: жены «право-троцкистских шпионов» отправлялись в лагеря на 5-8 лет, а дети — в детские дома и закрытые интернаты. 15 августа это постановление будет модернизировано оперативным приказом НКВД 00486 о репрессировании «жен изменников Родины» — на «поток» будут поставлены аресты целых семей, к лагерям приговорят более 18 тысяч женщин, а 25 тысяч детей останутся сиротами.

14 июля происходит торжественное открытие канала Москва-Волга, но еще за несколько дней до этого начинаются аресты строителей — заключенных Дмитлага. Вскоре 218 из них будут расстреляны по обвинению в заговоре с целью покушения на Сталина и Ежова. Расстрелы заключенных Дмитлага проходили в рамках «лимитов», выделенных по приказу 00447 на лагеря, — в заключении погибнут более восьми тысяч заключенных колымских лагерей и 1825 заключенных Соловецкой тюрьмы.

С 20 июля начинается подготовка к «национальным» операциям — Политбюро требует от НКВД немедленно арестовать всех немцев, работающих на оборонных заводах, а уже 25 июля выходит оперативный приказ 00439 «Об операции по репрессированию германских подданных, подозревавшихся в шпионаже против СССР». В течение Большого террора будут арестованы 55 тысяч немцев, почти 42 тысячи из них приговорены к расстрелу. Это будет не единственная «национальная» линия. 11 августа начнется операция против поляков в соответствии с оперативным приказом 00485. Аресту подлежали «бывшие военнопленные польской армии, перебежчики из Польши, политэмигранты и политобменянные из Польши, бывшие члены ППС [Польской социалистической партии] и других польских политических партий». Оперативный приказ вводил особый порядок рассмотрения дел, который применялся по всем «национальным» линиям: внесудебному органу «двойке» — Комиссии Наркома внутренних дел СССР и Прокурора СССР — представляли на утверждение списки — «альбомы» — с заранее известным приговором. Когда в сентябре 1938 года «двойки» перестали справляться с потоком «альбомов», они были заменены Особыми Тройками, которые закончили рассмотрение дел по «национальным» операциям. Жертвами «польской» операции во время Большого террора стали 139 815 человек, 111 тысяч из них приговорены к расстрелу (не все из них были этническими поляками). Были и другие линии — «греческая», «финская», «иранская» и т.д. Особой жестокостью отличалась «харбинская» операция по оперативному приказу 00593 против бывших работников Китайско-восточной железной дороги и членов их семей, вернувшихся в СССР в первой половине 1930-х годов. Они автоматически становились японскими шпионами. По «харбинской операции» было арестовано более 40 тысяч человек, из них более 25 тысяч расстреляно.

31 июля 1937 года оперативный приказ 00447 был утвержден Политбюро. Операция начиналась 5 августа. Для каждого региона сформирован состав «троек», утверждены «лимиты» на аресты. Операция должна была продлиться четыре месяца. За это время намечено было осудить к расстрелу 75 950 человек, заключить в лагеря 193 000. Места расстрелов и захоронений должны были держаться в строжайшей тайне. Было принято решение об открытии шести новых лесозаготовительных лагерей. При проведении следствия разрешалось применять меры физического воздействия.
После четырех месяцев операция продолжилась, появились и новые «лимиты». 14 января 1938 года директивой НКВД работа «троек» продолжилась «до особого распоряжения». Оно последовало только 16 ноября 1938 года. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия» завершило Большой террор. Массовые операции прекращались, новые аресты можно было произвести только с санкции суда или прокурора. Все внесудебные органы ликвидировались.

Через неделю Ежова на посту наркома внутренних дел сменит Лаврентий Берия. Вскоре Ежов будет арестован и обвинен в подготовке государственного переворота. Именно на него переложат ответственность за все «перегибы» в ходе массовых операций, оставляя в тени главного вдохновителя террора. Когда в 1991 году откроются российские архивы и многие документы, годами хранившие тайны, станут доступны исследователям, станет понятно, что ни одна репрессивная акция 1937-1938 года не начиналась и не заканчивалась без утверждения членами Политбюро и, в первую очередь, лично Сталиным.

Прошел уже 81 год, а мы до сих пор находимся в процессе сбора имен репрессированных в 1937-1938 году. Сегодня в «Открытом списке» вы можете найти более 497 тысячиз них, 7,5 тысяч страниц с фотографиями, 400 страниц с документами. Наше дело — сохранить память о невинно пострадавших людях, и вы можете помочь нам в этом. Добавляйте в «Открытый список» фотографии и документы своих репрессированных родственников. Вместе мы сможем «всех поименно назвать».

***

Открытый список — крупнейшая электронная база данных жертв политических репрессий в СССР, которая постоянно пополняется пользователями. Все, у кого есть воспоминания, фотографии, документы, любые материалы, которыми нужно поделиться, могут опубликовать свои истории в «Открытом списке». Регистрируйтесь на сайте и добавляйте информацию о своих родных или знакомых. Следите за проектом «Открытый список» на Facebook и в ВКонтакте.

https://echo.msk.ru/blog/openlist/2247572-echo/