• yabloko_altay@mail.ru
  • +7 (3852) 62-95-96

«Самая страшная санкция – это правительство Медведева»

«Самая страшная санкция – это правительство Медведева»

Владимир Путин на форуме «Деловая Россия» в Москве, 6 февраля 2019

Почему именно накануне президентского Послания решили огласить миллиардные цифры ущерба, которые Россия несет от западных санкций? Действительно ли Путину сдвинули даты послания, чтобы попытаться поднять рейтинг власти? Какие обещания он может дать стране, чтобы остановить падение показателей доверия? Обсуждают экс-кандидат в президенты РФ Павел Грудинин, политик Николай Рыбаков и политолог Сергей Марков. Ведущая Елена Рыковцева.

Полная видеоверсия программы

Елена Рыковцева: Мы обсуждаем событие, которого еще не было, но оно случится вот-вот. Отсчитывает по минутам канал «Россия-24»: в 12.00 завтра выступит перед вами Владимир Путин. Павел Грудинин с нами, и с нами Николай Рыбаков, партия «Яблоко». На связи будет Сергей Марков, любимый политолог наших слушателей. Мы сейчас обсудим послание, которое будет, потому что уже есть прогнозы, о чем оно, чему будет посвящено, какой цели. Но самое главное, с чего я хочу начать разговор, – это с информации, которую вдруг обрушили на зрителей те же федеральные каналы, о том, что Россия понесла ущерб от западных санкций в размере 6,5 миллиарда долларов. Все это сообщили ТАСС и другие агентства со ссылкой на Минэкономразвития, и это целый день сегодня показывали по федеральному каналу. Как вы объясняете, зачем эта информация россиянам накануне послания, что Россия, оказывается, пострадала на 6,5 миллиардов от западных санкций?

Павел Грудинин: Я тоже прочел эту заметку кратко, там написано, что в частности сельское хозяйство пострадало больше, чем на миллиард долларов. Нам все время доказывали, что сельское хозяйство выиграло от санкций, а оказалось, что оно пострадало. В последнее время, мне кажется, чиновники делают заявления ради заявлений, потому что обоснования этому никакого нет. А теперь вопрос, кто в России пострадал. Одновременно мы знаем, что количество денег у олигархов увеличилось, то есть они показали дополнительные доходы и за год увеличили свое состояние на огромную сумму.

Елена Рыковцева: Откуда вы знаете?

Павел Грудинин: Это из данных КПРФ, они об этом говорили, кстати, в выступлениях Геннадия Андреевича прозвучало. Действительно наши олигархи показали дополнительные доходы, то есть они не пострадали. Исходя из этого, в нашей стране пострадали бедные люди от введения санкций. Теперь встает вопрос, что Минэкономики должны раскрыть цифры, они же считают, это же не гадание на кофейной гуще.

Елена Рыковцева: Этот миллиард, как вам кажется, это они завысили цифру ущерба или занизили? Или вы считаете, что это невозможно посчитать?

Павел Грудинин: Министерство экономического развития все время что-то говорит. Оно говорит, что у нас рост доходов населения, хотя мы знаем, что падение. Оно говорит, то экономика растет, хотя мы точно знаем, что не растет. Все эти заявления надо комментировать. Но зачем комментировать глупости? Если видеть расчеты, которые они привели, тогда можно как-то спорить, а просто так спорить невозможно.

Елена Рыковцева: Николай, зачем им накануне послания понадобилось огласить цифру ущерба от санкций в то время, когда нам рассказывают, что все хорошо?

Николай Рыбаков: Я думаю, это сделано не случайно именно накануне послания. Завтра мы услышим, вероятно, ответ от президента, на мой взгляд, он будет неадекватный, скорее всего, ситуации. В чем особенность санкций? Санкции действуют, то, что я все время объясняю и европейским политикам, действуют ровно наоборот, чем то, как они предполагаются. Они предполагают, что будут менять российскую внешнюю политику, они, наоборот, ее цементируют. Действительно обычный человек, средние слои населения, бедные люди страдают от санкций, потому что цены растут, а богатые люди, в том числе на которых ориентированы персональные санкции, они никаким образом от них не страдают, потому что они получают значительные компенсации. Поэтому, я думаю, завтра мы услышим то, каким образом в очередной раз против нас борется Запад. Теперь невозможно говорить, что санкции никаким образом на нас не влияют, они влияют на нас в серьезном объеме. Вместо того чтобы изменить российскую политику, мы опять услышим какие-то популистские меры.

Павел Грудинин: В чем неправ Николай – что он путает санкции и ответные меры. Ответные меры действительно нанесли ущерб людям, причем самым бедным слоям. То, что ввели санкции против России, – это ввели санкции против крупного капитала, который фактически залез в карман для того, чтобы обеспечить свои доходы, к бедным гражданам. Потому что там деньги кончились, он решил повышением тарифов, увеличением налогов изъять деньги у бедных. Но это никак не связано с санкциями, это связано с нашими ответными мерами на это. Что касается контрсанкций по еде, Запад нас не побуждал к этому. Правда, сейчас они сказали, что в результате этих санкций, мне кажется, они перепутали, наше сельское хозяйство пострадало. Как же оно пострадало, если мы стали монополистами по многим вещам, мы не пускаем формально, по крайней мере, хотя белорусы поставили крест на всех этих санкциях. Об этом знают все без исключения, кроме правительства. Они уничтожают продовольствие – это что, Запад нас заставил? Фактически при недоедающих детях вдруг давить хорошие продукты.

Елена Рыковцева: Буквально три дня назад таможня выдвинула требование еще и еще ужесточить антисанкционную политику, ответных мер, чтобы целые группы товаров истребить просто, наверное, для того, чтобы белорусы не занимались тем, чем они занимаются. То есть не просто помидоры из такой-то страны, а все помидоры, все консервы и пр. Еще большее количество продуктов не будет поступать на российский рынок.

Павел Грудинин: Мы же сами выводим деньги в американские ценные бумаги, тратим их на поддержку режимов по всей территории мира, но говорим, что у нас денег нет. У нас сейчас бюджет пухнет, три триллиона рублей лежит грузом у правительства, оно ничего с ними не делает. Денег нет. При чем здесь санкции? Инвестировать в промышленность нам запрещают? Нам кто-то запретил пользоваться новейшими технологиями? Только что сегодня был на выставке молочной индустрии, например, за год фирма одна продала в Америке тысячу роботов, а у нас за 6 лет 250. Кто нам мешает потратить деньги на модернизацию сельского хозяйства, например, на увеличение доходов граждан, чтобы покупали натуральные продукты, а не пальмовое масло? Никто не запрещает. Поэтому мифы о том, что санкции нас как-то ущемили, – это мифы. Самая страшная санкция – это правительство Медведева.

Николай Рыбаков: Все-таки правительство Медведева означает президент Путин, начнем все-таки с этого.

Павел Грудинин: Мы говорим о завтрашнем выступлении. Завтра в выступлении будет оценка правительству дана?

Елена Рыковцева: Давайте посмотрим, как он был оживлен в посланиях других лет, 2015, 2016 года по поводу санкций.

 

Елена Рыковцева: Видите, как все хорошо.Павел Грудинин: А Министерство экономического развития сказало, что ущерб, нанесенный санкциями сельскому хозяйству, в 1,3 миллиарда долларов.

Елена Рыковцева: Сергей, завтра Путин выходит с посланием, почему сегодня по всем федеральным каналам с таким удовольствием разгоняется строчка о том, что ущерб от западных санкций составил 6,5 миллиардов долларов?

Сергей Марков: Я думаю, что это делает финансово-экономический блок правительства. Честно говоря, насколько я понимаю, нарастает противоречие между политической системой и финансово-экономическим блоком правительства. Поскольку политическая система в основном ориентирована на самостоятельную модернизацию России, а финансово-экономический блок ориентирован на модернизацию России в тесном союзе с западными странами, западными корпорациями, которые, как известно, в течение последних шести лет, еще до Украины, вползают в усиливающуюся санкционную борьбу против России и в том числе блокируют по политическим причинам приход в Россию инвестиций и технологий. Было заседание Совета безопасности во главе с Патрушевым, где достаточно ясно прозвучала критика в отношении финансово-экономического блока за то, что нет экономического роста, за то, что нет конкретных четких результатов. Насколько я понимаю, финансово-экономический блок в данном случае пытается найти оправдание рецессии происходящей, по сути дела нулевого роста, какие-то очень маленькие его проценты, в том, что ведется санкционная война.

Елена Рыковцева: Я поняла это объяснение.

Николай Рыбаков: Силовой блок может, конечно, критиковать финансовый блок. Но для того чтобы был рост в России, нужны несколько обстоятельств, которых у нас категорически не случается. Вчерашний выпуск РБК выходит с тем, что очередного бизнесмена арестовали по финансовым обвинениям внутри банка «Восточный», инвестиционная компания. Скажите, пожалуйста, будет ли много желающих в России, причем которые вкладывали много лет, не выводили деньги из России, а вкладывали деньги в Россию, занимались развитием в том числе и высоких технологий в России. Может быть спор финансовых субъектов. Знаете, почему это хуже, чем ситуация была с Ходорковским – потому что все знали, что Ходорковского прессовали из-за того, что он вмешивался в политику, а здесь чем ситуация для инвестора хуже – что человек никак не вмешивался в политику. И это большой привет, когда премьер-министр в Сочи рассказывает инвесторам, что приходите к нам, а тут же отправляют человека, который не обвиняется ни в убийстве, ни в чем, отправляют за решетку: пожалуйста, посидите надолго. Ликвидировав до этого Арбитражный суд, который мог бы хозяйствующих субъектов действительно разбирать дела. Когда у нас принимаются законы о том, что у нас будет независимый интернет от всего мира, – это способствует росту экономики и привлечению инвестиций? Когда бизнес спорит с государством или между бизнесами, то он идет в независимый суд, а в России так и не создан независимый суд. Поэтому силовикам прежде, чем критиковать независимый блок, который, конечно, можно покритиковать, давайте посмотрим, какая в России создана атмосфера для развития инвестиций, для развития экономики.

Елена Рыковцева: Я тоже думаю, что ему не нужны инвестиции.

Павел Грудинин: А зачем? Капитал российский бежит из страны. Получается, что башни Кремля дерутся, силовики, либералы, а в результате инвестиционный климат в стране ухудшается с каждым днем. Диалог выносится в публичную плоскость перед посланием, обсуждают все эти вещи, а там наш самый главный завтра скажет, куда мы пойдем.

Елена Рыковцева: Мы подготовили сюжет, в котором собрали все прогнозы, что будет завтра в послании. Сразу я, забегая вперед, скажу, что там будет главная мысль в этих прогнозах, что, возможно, перенос этого послания как-то связан с тем, что у Путина упал рейтинг доверия, он пытается его как-то поднять. Мы с Сергеем Марковым недавно обсуждали это падение, не знаю, насколько ему эта версия покажется приемлемой.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СКОРО, ЗВУК И ВИДЕО ВСЕЙ ПРОГРАММЫ УЖЕ ЗДЕСЬ


Опрос на улицах Москвы
https://www.svoboda.org/a/29778747.html

Версия для слабовидящих

Подпишитесь на нашу рассылку

ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ